Совет по науке и образованию

Заседание Совета по науке и образованию

14 июня, 08:30

Под председательством Президента в Дубне состоялось заседание Совета по науке и образованию.

Заседание Совета по науке и образованию.

В.Путин: Уважаемые коллеги, добрый день!

Мы встречаемся в Дубне, в одном из российских наукоградов. Вы знаете, что вся его история – это хороший, яркий пример концентрации усилий государства, учёных, инженерных, образовательных школ, отраслей экономики и, без преувеличения, всего общества на важнейших для безопасности и суверенитета страны направлениях. 

В этом смысле символично, что именно здесь, в Дубне, мы будем говорить о научно-технологических приоритетах текущего сложного, непростого периода в развитии России. 

По моему поручению Правительство и Российская академия наук подготовили перечень необходимых для страны важнейших наукоёмких технологий. По сути, это прямые, конкретные задачи для отечественной науки, системы образования и технологического бизнеса. Причём от решения этих задач зависит буквально всё: и реализация наших сегодняшних планов, замыслов, устремлений, и, безусловно, исторические, без всякого преувеличения, перспективы Российского государства. Говорю это без лишнего пафоса и преувеличения. 

Но, прежде чем мы начнём нашу работу, хотел бы поздравить членов Совета, отечественное и зарубежное научное сообщество и, конечно, коллектив Объединённого института ядерных исследований с действительно знаковым событием. Только что начались работы по технологическому пуску проекта NICA. 

С коллективом из Дубны, с учёными из других центров перед заседанием Совета говорили о колоссальных возможностях «НИКИ». Руководитель проекта, центра рассказывал подробно о том, как фундаментальные и прикладные исследования будут развиваться и оказывать самое благотворное влияние на развитие науки в нашей стране. 

Это наше мощное конкурентное преимущество. Нужно использовать его для создания суверенных, оригинальных сквозных разработок, востребованных во всех сферах жизни, а также других критически важных продуктов и сервисов, в целом для укрепления наших лидерских позиций по целому ряду направлений. 

Напомню, что именно такие положения мы зафиксировали в обновлённой Стратегии научно-технологического развития. При формировании этого документа мы исходили из следующего подхода. При всех возможностях, которые открывает России международная кооперация, а мы её будем развивать, несмотря на какие-то ограничения, которые пытаются вводить в этом отношении из-за рубежа, тем не менее мы будем развивать наши контакты, но нужно рассчитывать прежде всего на себя, на свою науку. Не только рассчитывать, но и развивать её прежде всего.

Поэтому столь важно, что наши учёные идут вперёд, достигают новых значимых результатов. Как вы знаете, только вчера мы вручали Государственную премию в области науки и технологий отечественным исследователям. По целому ряду направлений они стали первыми в мире. Хотел бы ещё раз поблагодарить вас и всех ваших коллег за выдающиеся достижения.

Важно, чтобы все наши фундаментальные научные заделы получили своё развитие, позволили сформировать в России новые отрасли и рынки. Для этого сейчас готовятся к запуску национальные проекты технологического суверенитета.

Сегодня хотел бы особо сказать об их научной составляющей, которая, подчеркну, и должна служить базисом для достижения прорывных результатов в интересах российских семей, нашей экономики и социальной сферы, укрепления обороноспособности и безопасности Российского государства. 

Что хотел бы отметить.

Первое. Уже сейчас при формировании технологических нацпроектов нужно обозначить чёткие требования к их конечным результатам, а это конкретные продукты, услуги, создаваемые на основе важнейших наукоёмких технологий. И здесь критически важно предусмотреть объективные, но при этом жёсткие сроки реализации таких решений – от формирования научного задела до тестирования, обкатки технологии и передачи её в серийное производство. 

Второе. Ещё три года назад мы начали выстраивать всю систему планирования и управления научно-технологическим развитием. Совет по науке и образованию был наделён полномочиями по выработке всех стратегических решений в научно-технической сфере, а правительственная Комиссия по научно-технологическому развитию получила права оперативного управления в области научно-технической политики. 

Сейчас необходимо обеспечить эффективное управление научными блоками нацпроектов технологического суверенитета. Они должны быть самым тесным образом скоординированы между собой, что требует чёткого взаимодействия ведомств, исследовательских институтов, вузов, предприятий, высокотехнологичных компаний. Весь наш научный, технологический, образовательный, производственный потенциал – в полном смысле слова – нужно собрать в единый кулак. Распыление сил, средств здесь недопустимо.

И в этой связи вызывает вопросы ситуация, когда одной научной тематикой – причём с разной степенью успешности – занимаются десятки организаций, а другие, не менее важные для страны, направления остаются, что называется, неприкрытыми. Поэтому прошу ещё раз внимательно посмотреть на общее планирование и реализацию НИОКРов. Хотел бы здесь услышать ваши конкретные предложения на этот счёт. 

Конечно, понятно, еще в советский период мы это проходили. Когда несколько центров работают над одной и той же темой, в общем, может быть, это неплохо: создается конкуренция, и продукты получаются интересные. Но распыляться нельзя – вот в чем все дело. Это такая тонкая грань, надо найти золотую серединку. 

Далее. Важнейший вопрос не только для технологических, но и для всех национальных проектов – это, как известно, подготовка кадров. Здесь также важна консолидация усилий всех уровней образования. Так, мы уже много говорим о том, что нам нужны не только отдельные выдающиеся физматшколы. Необходимо именно повсеместно – и в крупных городах, и в небольших населенных пунктах – добиться высокого уровня подготовки учеников по математике, по физике и по другим естественнонаучным дисциплинам. Руководитель этого Центра сегодня мне с сожалением сказал. В школах провели исследование, и большинство учеников старших классов кем хотят быть?

Г.Трубников: Блогерами.

В.Путин: Блогерами. 

Виктор Антонович [Садовничий], блогерами хотят быть. Не учеными. 

Но, вы знаете, это все конъюнктура сегодняшнего дня. Понятно, позавчера еще хуже было, еще неизвестно кем, то есть известно кем хотели быть. 

Но интерес к науке, к высшему образованию растет, мы это знаем, и это статистика. Поэтому эти тренды, эти тенденции нужно поддержать. 

Повторю: ситуацию нужно менять кардинально, и делать это в короткие сроки, а значит, уже сейчас закладывать все необходимые системные решения в готовящийся нацпроект «Молодежь и дети». Я прошу Правительство и президиум Совета по науке и образованию взять эту работу под особый контроль.

Речь прежде всего о том, чтобы качественно усилить подготовку будущих учителей, выстроить механизмы привлечения для работы в школах талантливых выпускников вузов, кратно расширить возможности для переподготовки уже работающих педагогов, в том числе на базе ведущих вузов, научных организаций и технологического бизнеса.

Четвертое – это вопросы финансирования науки. Механизмы выделения средств для проведения передовых исследований в нашей стране должны быть более удобными и более гибкими. Тут нужна не бюрократическая формалистика, а именно четкость, ясность, прозрачность и объективность. Важно, чтобы ученые четко понимали перспективы и могли строить долгосрочные планы.

В этой связи финансовое планирование бюджетных расходов на науку должно в обязательном порядке строиться минимум на шестилетний период, а где необходимо – и на большую перспективу. Горизонт планирования научных исследований, а здесь люди, которые знают это лучше, чем я, должен расширяться: чем дальше, тем эффективнее будет конечный результат. 

Повторю: в Послании, а затем в майском Указе мы зафиксировали, что к 2030 году увеличим внутренние затраты на исследования и разработки не менее чем до двух процентов ВВП. Понимаю, что и этого мало, но вы должны к этому стремиться и, добившись этого результата, безусловно, должны идти дальше, в том числе за счет двукратного роста инвестиций в науку и технологии со стороны частного бизнеса. 

Прошу сегодня представить конкретные предложения по механизмам участия компаний в ускоренном создании отечественных передовых решений на всех этапах. Здесь важно использовать опыт Российского научного фонда, федеральных научно-технических программ в области сельского хозяйства, генетики и так далее. 

Пятое. Важнейшую роль на всех этапах формирования и реализации нацпроектов технологического суверенитета призвана играть Российская академия наук. В том числе, такие нацпроекты должны пройти обстоятельную экспертизу со стороны РАН. Этот вопрос ставил Президент РАН при нашем недавнем общении и обсуждении этих вопросов. Я полностью это поддерживаю. 

Напомню также, что мы усилили роль РАН в научно-методическом руководстве деятельностью академических научных институтов независимо от их ведомственной принадлежности. Прошу президента РАН, Геннадия Яковлевича Красникова, рассказать о том, как Академия уже выстраивает эту работу. Мы договаривались об этом, уверен, что президент готов к этому. 

Уважаемые друзья! 

Недавно с коллегами из Правительства, губернаторами говорили о том, что сегодня мы все должны работать по-особому, в особом боевом режиме. Надеюсь, что и по этому направлению работа будет выстраиваться именно так. Это в полной мере касается науки. Поэтому в рамках технологических нацпроектов мы впервые в современной истории максимально плотно интегрируем, подчиняем работу учёных достижению национальных целей развития. Повторю, такое решение абсолютно закономерно. 

Конечно, я понимаю, мы сейчас только что обсуждали, есть вопросы фундаментальных исследований. Это отдельная тема. Тем не менее, и вокруг таких исследований вырастает целый комплекс вопросов, которые так или иначе относятся к прикладной деятельности.

В условиях санкций, растущей технологической конкуренции востребован вклад в общее дело каждого научного института, каждого исследовательского коллектива, каждого академика, профессора, научного сотрудника, аспиранта. И важно делать – скажу простыми словами – не только, что хочется, что умеем, что престижно и выгодно, но и то, что нужно для Отечества. 

Вместе с тем, наряду с решением текущих и перспективных задач российская наука должна готовить основу для создания продуктов и услуг следующего технологического уклада (об этом я только что упомянул), открывать новые, пока ещё неведомые горизонты. А значит, фундаментальные, поисковые исследования в России должны вестись не менее широким фронтом. Причём не только в интересах нашей страны, но и мировой науки, с опорой на весь спектр возможностей отечественной научной инфраструктуры и обязательно, как уже говорил в начале, при тесном международном сотрудничестве с теми, кто к этому готов, с теми, кто хочет с нами работать. А таких не просто немало. Таких в мире много, если не большинство.

В этой связи – о новом решении, которое мы приняли совсем недавно. Будет существенно расширена программа мегагрантов, увеличено её финансирование, включены новые направления, а также предложены более эффективные механизмы распределения грантов с помощью Российского научного фонда. Эти меры позволят поддержать новые крупные научные проекты, привлечь на работу в Россию хороших, ведущих специалистов, причем так, как это было в последнее время, специалистов из разных стран мира. Правительство получит на этот счёт соответствующие поручения. Да мы, собственно говоря, с коллегами это обсуждаем, у нас здесь единое мнение. Ход реализации этой программы, конечно, будем держать под постоянным контролем.

Пожалуйста. Слово – Дмитрию Николаевичу Чернышенко. Прошу Вас.

Д.Чернышенко: Спасибо большое, уважаемый Владимир Владимирович. Отдельное спасибо за обновленную Стратегию научно-технологического развития. Для нас сейчас это базовый документ, который позволяет рассчитывать на свою науку, и который стал ответом на те вызовы, которые связаны с беспрецедентным давлением на нашу страну, с которым мы столкнулись. 

Крайне важно то, что Вы сказали, что Стратегия предполагает увеличение затрат на науку до уровня не менее 2 процентов ВВП к 2030 году. Эта задача также нашла отражение и в Вашем Послании Федеральному Собранию, и в обновленном Указе «О национальных целях». Я хочу проинформировать, что мы совместно с Минфином и Минобрнауки уже прорабатываем этот вопрос.

По оценке Минэкономразвития, номинальный ВВП к 2030 году достигнет примерно 288 триллиона рублей, и наша задача – обеспечить рост расходов на науку в разы от текущих значений до 2 процентов ВВП. А это означает, что для достижения этого показателя в рамках бюджетного планирования (спасибо, что расширяете горизонт минимум на шесть лет) нам понадобятся дополнительные серьезные средства уже в 2025 году.

Но есть и хорошие новости. Мы наблюдаем хорошую динамику: за последние шесть лет общий объем расходов федерального бюджета на науку в нашей стране вырос на 68 процентов, до 597 миллиардов рублей (Вас вчера как раз за это благодарили лауреаты на награждении), и общий рост внутренних затрат на исследования и разработки уже год к году последние три года превышает 10 процентов год. Для стимулирования инвестиций мы также расширили повышающий коэффициент – 1,5. Это льгота на расходы на НИОКР. 

Совместно с бизнесом прорабатываем конкретные меры по поэтапному увеличению уровня частных инвестиций. Он, по предварительным оценкам, за 2023 год составил 36 процентов, это хороший рост в последнее время. Это вклад корпоративного сектора науки, компаний с госучастием, институтов развития. Мы совместно с Минэкономразвития, с Минфином подготовим для наших компаний соответствующие директивы и показатели эффективности, чтобы следить за тем, как они поддерживают исследования по приоритетным наукоемким технологиям, и оценивать их общий вклад в затраты на исследования и разработки, и таким образом существенно повысим эффективность расходов на науку.

По итогам прошлого Совета Вы поручили нам разработать проект перечня приоритетных направлений научно-технологического развития и важнейших наукоемких технологий. Они направлены на реализацию как раз этой обновленной стратегии. Там семь приоритетных направлений и 28 важнейших наукоемких технологий, о которых Геннадий Яковлевич [Красников] расскажет. Самое важное, что все эти проекты прошли и экспертизу научно-технического совета, который Геннадий Яковлевич возглавляет, и рассмотрены всеми органами исполнительной власти, и одобрены на комиссии, и дальше у Дмитрия Анатольевича на Президиуме Совета мы подробно их тоже доложили, и они были рекомендованы к рассмотрению на Совете у Вас. 

Правительство планирует использовать утвержденный Вами представленный перечень по целому ряду направлений для фокусировки усилий. Во-первых, эти перечни будут учитываться при формировании национальных проектов технологического лидерства, о которых Вы сказали, разработка которых идет во исполнение Вашего Указа о национальных целях. 

Также, с учетом этих перечней, будет осуществляться разработка и корректировка всех стратегических и программных документов, которые у нас есть – как госпрограммы, ФНТП, веб-гисы, отраслевые стратегии и так далее. 

Во-вторых, при осуществлении мер поддержки научной, инновационной деятельности, при формировании новых инструментов такой поддержки также будем использовать. Например, государственный научный центр Российской Федерации или научно-образовательный центр будет ими руководствоваться. 

В-третьих, при бюджетном планировании расходов на научные исследования и разработки также будем руководствоваться этими приоритетами. 

Хотел бы также сказать, что в соответствии с Вашим поручением – во вступительной части Вы тоже это упомянули – часть мероприятий будут включены в Национальный проект «Молодежь и дети», чтобы обеспечить поддержку молодых и перспективных исследований в рамках реализуемого по Вашему решению «Десятилетия науки и технологий». Это и программа мегагрантов, о которой Вы сегодня говорили с учеными, и многие другие. 

Крайне важно, что эти программы действительно востребованы, они подтверждены временем. С 2010 года они осуществляются по Вашей инициативе. Сегодня мы все слышали от Вас указания и, безусловно, будем их выполнять. 

Реализация этих приоритетных направлений и создание наукоемких технологий также будет учитываться и при проведении мониторинга реализации Стратегии научно-технологического развития, в частности, при проведении комиссии по НТР, оценке эффективности мер, инструментов господдержки в области научно-технического развития будем ими руководствоваться. Потребуется, конечно, пересмотр правовой базы и некоторых программных документов в области науки и технологий. Конечно, мы будем это делать.

Так же, как было Вами отмечено на Пленарном заседании Питерского экономического форума, в этих проектах будет реализован целый спектр решений, включая популяризацию науки и подготовку кадров, поддержку научных разработок. Я бы хотел высказать предположение о том, как организовать эту работу. 

Мероприятия, которые направлены на кадровое научное обеспечение таких проектов, должны быть систематизированы в единой логике и привязаны к соответствующим показателям. Есть хороший пример – национальный проект беспилотной авиационной системы, который по Вашему поручению уже реализуется. В него включены два федпроекта: это кадровое обеспечение и перспективные технологии беспилотников. Мы должны четко понимать, какое количество специалистов необходимо подготовить по каждому из направлений и сформировать блоки специализированных мероприятий. 

Например, для отрасли беспилотников мы подготовим более миллиона специалистов к 2030 году. И в эту работу уже включены 42800 школ и организаций СПО, 70 организаций высшего образования. Федпроект «Перспективные технологии для беспилотников» сфокусирован на девяти приоритетных направлениях технологий. В той логике как раз и сформирован блок научных мероприятий. 

Поэтому для обеспечения такого системного подхода прошу поддержать формирование в структуре национальных проектов технологического лидерства всегда обязательное наличие отдельного федпроекта либо двух самостоятельных, которые будут включать и подготовку специалистов, и научные составляющие. 

Качественная экспертиза этих федпроектов будет обеспечена Научно-техническим советом Комиссии по НТР под руководством Геннадия Яковлевича Красникова. Прошу поддержать предложения и проекты этих перечней. 

В заключение хочу отметить, что по Вашему поручению была запущена шестая подпрограмма программы фундаментальных научных исследований. Она обеспечит создание научно-технического задела в интересах обороны и безопасности государства, прежде всего решения задач СВО. Здесь крайне важно, что Геннадий Яковлевич выстроил работу, что квалифицированным заказчиком в ней выступают генеральные конструкторы и предприятия ОПК. Сейчас готовится стратегическая сессия на базе [военного инновационного технополиса Минобороны] «Эра» с [первым вице-премьером РФ] Денисом Валентиновичем [Мантуровым], где мы еще подумаем, как расширить эту программу, и будем дальше работать при формировании квалифицированного заказа на конкретные результаты исследований для обеспечения нужд нашей армии от Минобороны до предприятий ОПК. 

Доклад закончил. 

В.Путин: Спасибо большое, Дмитрий Николаевич. 

Геннадий Яковлевич, пожалуйста. 

Г.Красников: Глубокоуважаемый Владимир Владимирович!

Хотел бы отметить, что нами была проведена большая работа по формированию приоритетов научно-технологического развития. Здесь была привлечена не только Академия наук, но и широкая научная общественность, в том числе и представители высокотехнологичных компаний. Мы это подробно обсуждали на научных советах и на научно-техническом Совете Комиссии по научно-технологическому развитию, который образован в соответствии с Вашим Указом. 

Хотел бы отметить, что мы специально в состав этого Совета ввели представителей ведущих направлений и минимизировали там руководство членов Академии наук, чтобы было вовлечено как можно больше специалистов в обсуждение вопросов.

При формировании приоритетов мы исходили из нескольких таких принципов. 

Первый – их количество не должно быть большим, поэтому мы остановились только на семи таких очень важных, особых приоритетах, которые были одобрены на Комиссии и на Президиуме Совета. 

Особо отмечу, что все эти приоритеты возникли не из пустого места, они имеют преемственность. Мы специально отслеживали, чтобы была преемственность с существующими программами, Постановление Правительства принято. При этом были сформированы приоритеты, которые учитывали не только перспективы мировой науки (как видится, на сегодняшний день они развиваются), но и задачи, стоящие перед нашим государством, то есть те вызовы, которые сегодня актуальны, и особенности страны – это, конечно, ее территориальная протяженность и многонациональность.

Хочу отметить семь таких приоритетов. Это высокоэффективная и ресурсосберегающая энергетика. Это превентивная персонализированная медицина и обеспечение здорового долголетия. Это высокопродуктивное и устойчивое к природным изменениям сельское хозяйство. Это безопасность получения, хранения, передачи и обработки информации данных. Это интеллектуальные транспортные и телекоммуникационные системы, включая автономные транспортные средства. Это укрепление социокультурной идентичности и уровня образования российского общества. И, естественно, адаптация к изменениям климата, сохранение и рациональное использование природных ресурсов.

Помимо этих семи таких сквозных направлений, нами представлена еще 21 критическая технология, которая расписана к каждому этому направлению. Также семь сквозных технологий, которые пронизывают все, в том числе критические, технологии. 

Также отметил бы, что каждое слово в описании имеет особый смысл и подразумевает определенный спектр направлений, что мы обсуждали.

После проведенной работы нам представляется, что мы нашли практически полный консенсус среди специалистов, и поэтому Российская академия наук также просит поддержать представленные материалы.

Я хотел бы, глубокоуважаемый Владимир Владимирович, остановиться еще на одном вопросе, который Вы затронули, и я вынужден ответить, – это по научно-методическому руководству. Это действительно сегодня актуальнейший вопрос, потому что мы считаем, что существующая ранее система научно-методического руководства не отвечала тем вызовам, которые стоят перед нашим государством. 

Во-первых, Вы абсолютно правильно говорили о том, что фундаментальные и поисковые исследования должны идти широким фронтом, поскольку в фундаментальной науке всегда присутствует фактор случайности, и многие наши мировые открытия совершены с учетом этого фактора. Мы зачастую не знаем и точно не можем прогнозировать, где произойдет такой прорыв. Чтобы быть готовым к такому прорыву, даже если он произойдет не в России, в нашей науке должны быть квалифицированные специалисты, которые готовы подхватить сразу же это направление.

К сожалению, Владимир Владимирович, проведя анализ, мы обнаружили следующий момент: сегодня многие наши институты не имеют утвержденной долгосрочной программы научных исследований и, соответственно, нет мониторинга ее выполнения. 

К сожалению, сегодня мы видим, что научный профиль институтов размыт и даже названия институтов, в которые была заложена их специализация, уже зачастую не совпадает с тематикой, которой они занимаются. 

Также анализ, который мы провели, показывает такой островковый, разорванный характер научного ландшафта, о чем Вы также говорили. То есть у нас есть пустоты, где нет фактически госзаданий. Институты не берут по целому ряду перспективных направлений, а есть островки, где десятки научно-исследовательских институтов занимаются, по сути, одной и той же тематикой. Еще можно было бы как-то представить, что конкуренция должна быть, но пять институтов, а нередки случаи, где десятки, до полусотни научных организаций у нас занимаются одной популярной тематикой с разной степенью эффективности. 

Ваше поручение от 6 мая призвано исправить эту ситуацию. Нами подготовлены предложения по совершенствованию научно-методического руководства. Сегодня они оформлены, и мы их представляем в Правительство Российской Федерации, чтобы они получили закрепление в постановлениях Правительства.

Нами предусматривается следующее, что существенная роль здесь будет отведена тематическим отделениям Академии, которые совместно с ведомствами и с научными советами должны утвердить долгосрочную программу научных исследований по каждому институту. И мы это должны сделать до ноября этого года, и потом взять эту работу, конечно, на постоянный мониторинг.

Второй момент. Мы, конечно, к ноябрю должны сделать таким образом, чтобы госзадание на следующий период уже было сформировано с двумя принципами. 

Первое. Они должны охватывать весь исследовательский фронт и там, где мы видим, что несколько десятков институтов занимаются этим, мы должны предложить им поменять тематику и выбрать из банка востребованных исследований – сегодня мы с ведомственными, с научными советами, высокотехнологичными компаниями формируем банк востребованных исследований. 

Кстати, в обновленной Стратегии даже появился такой термин, как «квалифицированный заказчик». Хотел бы отметить, что та шестая подпрограмма, которую мы запустили в прошлом году – мы ее запустили фактически с ноября прошлого года, – она сформирована именно с учетом квалифицированного заказчика, где у нас все генеральные конструктора и руководители приоритетных направлений являются заказчиками. Кстати, за полгода мы уже получили существенные результаты, которые связаны и с обнаружением беспилотных средств – высочайшей вероятности (Созинов Павел Алексеевич заинтересован в этом), – и в области новых двигателей как для гиперзвука, так и для тактических ракет, которые становятся более эффективны. Я могу отдельно рассказывать по этому вопросу. 

Когда сформирована правильная программа, когда есть квалифицированный заказчик, работа идет более эффективно, потому что научные коллективы начинают четко понимать, какие перед ними стоят задачи. 

Хотел бы также отметить – сегодня мы это обсуждали, – что мы должны государственные задания очень четко состыковать с грантовой поддержкой науки. Сегодня, я считаю, в связи с приходом нового руководителя Российского научного фонда мы обеспечим такую синергию для того, чтобы это в едином цикле – и гранты, и госзадания – работали.

Глубокоуважаемый Владимир Владимирович!

Мы рассчитываем, что усиление научно-методического руководства со стороны РАН по совершенствованию механизма приведет к более высоким результатам в науке и позволит эффективно распределять наши ресурсы. Спасибо.

В.Путин: Спасибо большое.

Пожалуйста, Владимир Александрович Беспалов, генеральный директор Российского научного фонда.

В.Беспалов: Глубокоуважаемый Владимир Владимирович, Вы в своем вступительном слове просили предоставить конкретные предложения того, как компании должны ускорить создание передовых решений на всех этапах. Я хочу доложить, как это было сделано в Российском научном фонде на проектах, связанных с микроэлектроникой.

На первом этапе за счет собственных средств и за счет средств заказчика был запущен пилотный проект по созданию СВЧ-транзисторов с параметрами, существенно превышающими те, которые доступны сегодня для российских приборостроителей.

Работы были начаты менее года назад, но уже сегодня идут испытания изделий, созданных с использованием этих приборов. Одновременно был запущен сбор предложений от заинтересованных в результатах научных исследований российских компаний и институтов, работающих в области микроэлектроники.

Для финансирования, которое велось за счет средств Минпромторга, были отобраны 83 проекта, позволяющие расшить узкие места в уже реализуемых ОКРах и создать задел на будущие работы. Результатами этих проектов должны стать новые технологии, прототипы, опытные образцы. 

Достижение этого результата гарантируется сочетанием высокопрофессионального экспертного отбора тематик и проектов, грантового финансирования со стороны Фонда и сопровождением и софинансированием со стороны заинтересованных производственных компаний. Очень важно, что эти компании с самого начала выступают в роли квалифицированного заказчика и партнера разработчика-исполнителя на всех этапах выполнения проекта. 

Такой механизм позволил проводить декомпозицию сложных технологических задач и находить их эффективное решение. В качестве примеров можно привести ряд проектов по созданию методов входного контроля частоты различных технологических сред, без которых невозможно достижение, например, стабильного выхода годных изделий микроэлектроники. 

Другой пример связан с интеграцией компетенций трех академических институтов Университетского научно-исследовательского центра, находящихся в различных регионах страны, которая позволяет решать задачу разработки и производства фотонных интегральных схем для телекоммуникационного оборудования и центров обработки данных.

Аналогичная работа сегодня ведется по другим направлениями с компаниями: «Сибур» – по разработке катализаторов для химической промышленности, «ЭФКО» – по созданию высокопродуктивных карбов и продуктов питания, «Р-Фарм» – по созданию лекарственных препаратов. 

При этом ключевой задачей Фонда по-прежнему остается формирование фундаментальных научных заделов по обсуждаемым сегодня на Совете приоритетам научно-технологического развития.

Благодарю за внимание.

В.Путин: Хорошо. Спасибо.

Максим Яковлевич, Президентский физико-математический лицей, – по школам, по кадрам. Пожалуйста.

М.Пратусевич: Уважаемый Владимир Владимирович!

Это несколько неожиданно в свете обсуждаемого вопроса, но я попробую. Хотел бы сказать вот что. Как Вы правильно отметили во вступительном слове, все начинается со школы. Я бы хотел отметить, что мы должны обратить особое внимание на основную школу, то есть до 9-го класса. Говорить о том, как самоопределяются дети в 10–11 классах, уже поздно.

В свою очередь, в основной школе я хотел бы обратить внимание на преподавание в 5–7 классах. Это является фундаментом для всего остального. Я утверждаю, что если, например, математика в 5–7 классах преподается некачественно, то дальнейшее самоопределение ученика в область инженерных и естественно-научных специальностей уже невозможно. 

В.Путин: Блогерами хотят быть.

М.Пратусевич: Блогерами, креативными продюсерами и бог знает кем. 

Я хочу обратить внимание на следующее идеологическое утверждение, о котором забывают: образование происходит не только в интересах ребенка и семьи, но и в интересах общества и государства. Если обществу и государству нужны физики и инженеры, то, соответственно, ребенок и семья должны с этим смириться и пойти туда. 

Следовательно, нам нужны механизмы переориентации в эту сторону, включая те, которые каким-то образом противоречат желанию большого числа семей. То есть, в частности, тем или иным способом, но обучение в 5-м, 6-м, 7-м классах должно происходить достаточно сильно и достаточно серьезно. В принципе хорошее математическое образование, естественнонаучное – это конкурентное преимущество нашей страны, которое естественным образом сложилось с 30-х годов XX века.

Я хочу обратить внимание, как мне кажется, большим дефектом системы общего образования является отсутствие некоторой жесткости. Приведу пример из литературы. Вот в книжке Лазаря Лагина «Старик Хоттабыч» Волька Костыльков в конце июня сдавал в 5-м классе экзамен по географии. Не сдал, был отправлен на переэкзаменовку и так далее. Я абсолютно убежден, что до этого он сдавал экзамен по русскому языку и по математике, и по истории, и по литературе, и по много еще чему другому. 

Сейчас такой жесткости нет. И практически до ОГЭ дети спокойно переходят из класса в класс в огромном большинстве, не приобретая навыка систематической работы и не приобретая навыка серьезных умственных усилий. К сожалению или к счастью, изучение математики, естественных наук требует серьезных умственных усилий. Это серьезный умственный труд, в котором все три слова важны. 

Поэтому, если достаточно жестко мы не будем требовать знаний, в том числе по этим дисциплинам, то, значит, успеха у нас не будет. У нас есть отрицательная динамика сдающих профильный ЕГЭ по математике. То есть это те, кто потенциально способен пойти на инженерные специальности. У нас с 420 тысяч в 2019 году стало 350 тысяч в 2023-м, и вот только что, в 2024 году, еще на 20 тысяч меньше – 330 тысяч примерно. Поэтому без того, чтобы мы сделали эту прививку в основной школе, мы никуда не сдвинемся.

Вторая проблема, которая есть и о которой Вы тоже упомянули, и дали поручение по итогам Совета от 8 февраля, – это улучшение подготовки учителей и ликвидация их дефицита. Здесь необходимо принять неотложные меры. Я настаиваю, что будущий учитель физики при поступлении в институт должен сдавать физику, математику, а не обществознание, как это сейчас принято. Давайте уже что-то с этим сделаем.

Далее. Сейчас средняя нагрузка учителя математики – полторы ставки, это много. Полагаю, что нужно сделать некую систему мер и Ваше поручение Правительству подготовить соответствующий перечень мероприятий (я думаю, что с этим справятся), которые позволили бы привлечь учителей, в том числе выпускников, и необязательно педагогических специальностей.

Отдельная проблема. Мы проводили заседание Ассоциации школ-партнеров «Сириуса» и анализировали. Например, в Новосибирском педагогическом институте свыше 150 бюджетных мест на специальность «Реклама, связи с общественностью и туризм», и при этом только 17 бюджетных мест учителей химии. Мне кажется, что эта диспропорция должна быть в обратную сторону.

Заканчиваю выступление.

Первое. Ключ всех проблем – это пятый, шестой, седьмой классы. 

Второе. У нас есть способы достаточно быстро привлечь людей в педагогическую профессию плюс обеспечивать так, чтобы это было достаточно живое, подвижное, интересное дело с помощью того перечня мероприятий, который мы создадим. 

Спасибо. 

В.Путин: Спасибо Вам. 

По поводу жесткости. Вы вспомнили про «Старика Хоттабыча». Он, как известно, людей, которые в парикмахерской находились и подсмеивались над Волькой, которого Вы вспомнили, превратил в баранов – он их наказал за плохое поведение. У самого Вольки – он хотел сделать как лучше – начала расти борода и усы, мальчик не знал, что с этим делать. Старик-то хотел как лучше, а сделал так, что ребенок не знал, как жить дальше. 

Вы сказали, что и дети, и семьи должны смириться с тем, что нужно для государства. Как-то это звучит жестковато, хотя, конечно, определенная жесткость нужна, но как бы не получилось так, что мы хотим как лучше, а получится как всегда. Мне думается, если я Вас правильно понял, нужно просто создать условия, для того чтобы люди захотели, чтобы у них мотивация возникла. Здесь, конечно, государство многое должно сделать, над многими вещами поработать. 

М.Пратусевич: Конечно. У старика Хоттабыча был неквалифицированный заказчик. (Смех.)

В.Путин: Даже не буду ничего комментировать, я с Вами согласен. (Смех.)

Коллеги, какие еще есть замечания, предложения?

Виктор Антонович, пожалуйста. Прошу Вас. 

В.Садовничий: Владимир Владимирович, я хотел прежде всего сказать, что мы находимся в Институте ядерных исследований, к созданию которого Московский университет имел непосредственное отношение. 

В 1960 году мы образовали филиал, здесь работает две кафедры, и все выдающиеся портреты, которые здесь висят, это всё профессора Московского университета. Таким образом, все выпускники нашего филиала (двух кафедр) оставались работать в этом институте. 

Мы недавно подписали с Григорием Владимировичем [Трубниковым, директором Объединённого института ядерных исследований] новый договор о более широком нашем филиале, не только двух кафедрах физфака, и новое соглашение. Это как бы аксиома, что мы к этому институту имеем непосредственное отношение, и руководили многие годы этим институтом наши профессора. Я хочу поблагодарить за приглашение здесь находиться.

Владимир Владимирович, я несколько слов хочу сказать о поддержке тех решений и тех направлений, о которых сказали все предыдущие – и Вы сказали, и докладчики. Какие институты развития мы должны создавать, чтобы сделать дело? Я хотел бы поделиться несколькими такими фактами.

Первое – это научно-технологический центр «Долина». Два слова о нем: 17 гектаров земли, семь кампусов – два построены, два строятся (один строится за счет средств участников, то есть уже внебюджетных средств). Таким образом, «Долина» состоялась.

Что в ней есть? 160 компаний, 6 тысяч заявок, и уже несколько миллиардов оборота денег в этой «Долине». Если мы правильно удержим развитие этой «Долины», убережем ее от приватизации, потому что все хотят что-то приватизировать себе, Владимир Владимирович, это будет один из важных институтов поддержки наших научных исследований и, главное, технологий. Поэтому я обращаюсь с просьбой нам помочь выстоять в этом направлении. 

Второе – это мое наблюдение, как в университетах организовывать поддержку наших проектов. Есть факультеты в университетах и они, конечно, замкнуты на своем направлении: математики – на математическом, биологи – на биологическом, а наука другая.

В Московском университете я создал семь научно-образовательных школ наряду с факультетами. Это работает. Это школы по комплексным направлениям, то есть не только математика, например, космос или наука о мозге и так далее. Вот в этих школах, это как бы грантовая поддержка, 1,5 тысячи ученых и большая часть их них молодые. Таким образом, такая поддержка межфакультетской тематики оказалась очень важной.

И еще один проект, который работает в университетах, – это создание конкурсных институтов внутри университета по таким новым и новейшим направлениям, о которых говорили, как искусственный интеллект или изучение мозга, изучение проблем космоса, нефти и газа. В Московском университете мы создали 20 таких конкурсных грантовых институтов. Надо сказать, что они работают, в них работают тысячи ученых Московского университета. В Московском университете сохранилось 3,5 тысячи научных работников, не только профессоров, но научных работников.

Еще об одном проекте, Владимир Владимирович, извините, но я должен о нем сказать, – о кампусе. Сейчас у нас в стране реализуется программа университетских кампусом и это прекрасно. Многие Нобелевские лауреаты говорили, что будущее университета – это его кампус. Если вспомнить 1953 год – строительство Московского университета в трудное время для страны. Но это же перевернуло вообще взгляд на университетское образование в мире. Московский университет, в том числе и само здание, стал символом образования, это факт. Кампус сыграл колоссальную роль. 

У нас в кампусе есть земля, «Долина», – мы ее отдали Фонду, – и есть оставшаяся земля. Владимир Владимирович, Дмитрий Николаевич, я очень просил бы поддержать наш Московский университет – программу современных кампусов – и завершить то, что сделает Московский университет уже на новом этапе снова символом образования. Я это говорю, понимая, что так должно быть.

Спасибо.

В.Путин: Спасибо.

У Григория Владимировича тоже есть предложение подобного рода. Пожалуйста, Григорий Владимирович.

Г.Трубников: Спасибо, Владимир Владимирович.

Немножко неожиданно тоже. Я прежде всего хотел бы поддержать то, что говорили сегодня Дмитрий Николаевич и Геннадий Яковлевич. У Геннадия Яковлевича был более сфокусированный вопрос. Он говорил про технологические приоритеты, и надо сказать, что под председательством Дмитрия Анатольевича на президиуме мы очень подробно, долго и действительно детально все разбирали, и, мне кажется, что список, который одобрил президиум и который несколько месяцев вырабатывали большим сообществом, хороший и правильный, и его надо фиксировать. Потому что у нас, по-моему, с 2011 года не было такого шага по тому, чтобы выработать самые главные приоритеты и сфокусировать на них все – и грантовые, и фундаментальные, и госзадания и так далее. Поэтому я, выступая сейчас как член Совета, выступал бы за поддержку представленного перечня. 

Второй момент, совсем кратко. Мне кажется, у Дмитрия Николаевича немного не хватило времени. Он рассказал в целом про те преобразования, которые сейчас проходят, и акцент на следующее. У нас был целый Национальный проект, который назывался «Наука и университеты». Шесть лет, по-моему, был этот Национальный проект. То, что в главнейших государственных приоритетах все люди видят слово «наука», это дало колоссальное вдохновение в обществе, подъем. В своем слове и на встрече с учеными Вы сказали, что количество интересующихся наукой сейчас резко растет. Действительно мы это видим, правда. 

Этот проект «Наука и университеты» заканчивает свое действие в 2024 году, дальше будет новый набор национальных проектов. Может быть, и правильно, что будет большой Национальный проект технологического лидерства. Я очень горячо поддерживаю инициативу Дмитрия Николаевича, что там должно быть, может быть, не один, а два федеральных проекта, в которых были бы слова «наука» и «технологии», потому что нам, мне кажется, нужно унаследовать и сохранить эту преемственность. 

По горячим впечатлениям от встречи, которую Вы сейчас провели с нашими учеными, те инструменты, которые популярны, востребованы, – и президентская программа РНФ, и мегагранты лабораторий, и молодежные лаборатории, и НОЦы, и МЦМУ, конечно, должны быть сфокусированы на тех приоритетных технологиях, которые мы сегодня обсуждаем (надеюсь, будет общее мнение «одобрить»), и чтобы они обязательно перешли в этот новый набор федеральных проектов, посвященных науке и технологиям.

Просто реагируя на Ваш посыл – Вы сказали, что у нас тоже есть предложения. Я Вам рассказывал, я не буду сейчас злоупотреблять временем. Да, действительно у нас в Дубне тоже есть очень успешный проект «Наука, образование, международное сотрудничество и инновации». Сейчас территории особых экономических зон получили возможность создавать университетский кампус. У нас есть, на мой взгляд, фантастически интересный проект, который поддерживают крупнейшие индустриальные партнеры. 

Вы знаете, инвестиции в особую экономическую зону «Дубна» в пять раз больше частные, чем государственные: 15 миллиардов – государственных и 75 – частных. Мне кажется, это очень хорошее, правильное место, где этот «Треугольник Лаврентьева» (мы с Вами сегодня говорили) сделает современным такой настоящий международный парк науки и технологий, в котором в добавление к «лаврентьевскому треугольнику» возникают: международка, инвестиции иностранных партнеров, финансовые механизмы и новые инструменты от частных партнеров, желающих вкладывать в технологии. И конечно, «Комфортная городская среда», которую Вы поддержали, и я выступал с этим на предыдущем Президентском совете. 

Спасибо, Владимир Владимирович.

В.Путин: Все хорошо знают, что у нас создана программа по этим кампусам. Она разноплановая и в целом рассчитана не только на создание благоприятной среды для исследований, для жизни молодых людей – будущих и уже начинающих исследователей, но и на то, чтобы развивать общественные пространства, сделать их безопасными и комфортными. 25 проектов уже отобрано, к 2030 году они должны быть реализованы, и еще 40 проектов мы намечаем. 

Поэтому что касается Дубны, нужно, чтобы вы вместе с губернатором сформировали предложения – будем проводить следующие конкурсы. 

Г.Трубников: Уже.

В.Путин: Прекрасно. 

Может, Дмитрий Николаевич что-то добавит? 

Д.Чернышенко: Да, совершенно верно. Третья волна отбора планируется в III квартале, Минобрнауки ее будет делать. Мы с Георгием Владимировичем уже обсуждали этот вопрос. Парк науки и технологий представляется очень серьезным конкурентом, чтобы те самые 40 кампусов у нас в итоге к 2036 году, как Вы поручили, были. 

В.Путин: Спасибо. 

Прошу Вас, Алексей Евгеньевич. 

А.Лихачёв: Спасибо большое. 

Уважаемый Владимир Владимирович! 

Во-первых, хотел бы начать со слов благодарности за то, что мы видели вчера, за вручение нашим товарищам – выдающимся ученым Курчатовского института, Госкорпорации «Росатом» – государственной премии за разработку научно-технических основ об основании безопасности и создании Стратегии развития атомных технологий четвертого поколения. Для нас это и огромная оценка, и аванс одновременно. В этой связи позволю себе затронуть два вопроса. 

Владимир Владимирович, я понимаю, что рискую дополнять президента Академии наук определенными соображениями, но все-таки осмелюсь это сделать. Мы абсолютно поддерживаем приоритетные направления, те семь технологий, о которых Геннадий Яковлевич докладывал, но в перечне критических технологий, на мой взгляд, все-таки неоправданно отсутствует упоминание ядерных технологий. 

Да, мы себя можем угадать в технологиях создания энергетических систем с замкнутым топливным циклом, в радио-фармацевтических лекарственных препаратах. Но о чем говорил Григорий Владимирович? Важна не только работа, но и флаг, важны слова и названия. В этом смысле, конечно же, критические технологии без упоминания ядерных…

В.Путин: Алексей Евгеньевич, номер один – технологии создания высокоэффективных систем генерации, распределения и хранения энергии. 

А.Лихачёв: Я себя здесь в каждой строчке вижу, но слово «ядерные» здесь отсутствует. Извините за мою настойчивость, я не настаиваю, конечно, в Вашем присутствии. Может быть, это раскрыть в каких-то других документах.

В.Путин: Вы только что рассказывали мне о том… Нет, не Вы, это был Ковальчук, который рассказывал о том, что сейчас происходит в ядерной энергетике с учетом замкнутого цикла, когда ядерная энергетика становится в полном смысле безопасной, ничего, что называется, не выбрасывается. 

Номер два – технологии создания энергетических систем с замкнутым топливным циклом. Опять про Вас. А Вы говорите, что о Вас ничего. Все только про Вас, Алексей Евгеньевич.

А.Лихачёв: Тогда перехожу ко второму вопросу, если позволите.

В.Путин: Пожалуйста.

Г.Красников: Я просто хочу сказать, что мы внимательно все, мы несколько месяцев… Там можно и в других местах найти. 

В.Путин: Правильно, Геннадий Яковлевич, защищайтесь. 

А.Лихачёв: Перехожу ко второму вопросу. Вы в своем вступительном слове четко поставили задачу перехода от критических технологий, от приоритетных направлений к нацпроектам и их развитию там. Собственно, так и был сформирован нацпроект, который сейчас реализуется. Есть обоснование, есть опытно-промышленная часть, которую мы реализуем до 2025 года, и до 2030-го, и до 2036-го – это уже промышленная индустриализация. 

Тот вопрос, который связан с финансированием… Просто хочу привести один пример очень важный. Когда я еще в 2019 году Дмитрию Анатольевичу докладывал в бытность его Премьером наши предложения по финансированию нацпроекта, мы выходили с предложением 55 на 45: 55 – средства госкорпорации, 45- бюджетные. По итогам 2021–2024 годов у нас бюджетное финансирование – 17,3 процента, а финансирование госкорпорации – 82,7. Мы собираемся вот это большое соотношение наших ресурсов продлевать и в следующем нацпроекте.

Но, конечно, многие проекты мы делаем за счет кредитных привлеченных денег. Большая ставка, ЦБ борется с инфляцией – мы все это понимаем. Может быть, можно попросить Дениса Валентиновича и Правительство рассмотреть возможность компенсации процентной ставкой именно для реализации критических технологий в рамках нацпроекта. Потому что делать их исключительно за коммерческие деньги… На самом деле нацпроекты длинные, поэтому кратно вырастает цена проекта, и эта прибыль идет в банки. Мы банки любим, но все-таки наука дороже.

Еще две темы, связанные с нацпроектом.

Первая тема – та, которая не стоит никаких денег и о которой тоже Григорий Владимирович говорил. Сейчас идет укрупнение нацпроектов, и в большой энергетический нацпроект будут включать и наши федеральные ядерные проекты, и проекты, скажем, Дениса Валентиновича по накопителям энергии, и проекты Минэнерго. Нам бы очень хотелось, чтобы флаг тоже был заметен и чтобы слово «атом», Денис Валентинович, атомные технологии все-таки в названии нацпроекта присутствовали, а не только энергетические технологии.

Последняя тема, которой мы, к сожалению, уделяем мало внимания в последнее время, но я уверен, что Геннадий Яковлевич и отсутствующий здесь Михаил Валентинович меня поддержали бы. В энергетических поколениях сегодняшнего и завтрашнего дня мы, несомненно, и идеологические, и технологические лидеры. Но человечество уже с 50-х годов, со времен Курчатова и Александрова, живет идеей токамаков, термоядерной энергетики. Конечно же, здесь мы пока только идеологически подтверждаем свое лидерство. К сожалению, в последние годы наши конкуренты в технологическом плане имеют гораздо большие заделы и гораздо более амбициозные планы, чем мы. Нам бы очень хотелось, чтобы при формировании нынешнего нацпроекта этому направлению – «термояду» было уделено чуть большее внимание. 

Конечно, это задельные, поисковые работы. Их вообще невозможно делать за счет коммерческих средств. Мы готовы в коммерческих проектах больше взять нагрузку на себя, но здесь бы просили определенную помощь и содействие Правительства Российской Федерации. У нас единая позиция, у нас сложена большая кооперация в этом направлении с институтами Академии наук, с Курчатовским институтом само собой. Но если можно было бы в таком протокольном режиме взять в проработку вопрос увеличения и объема средств, и направлений работ по кафедре «Термоядерная энергия», конечно, вся отрасль была бы Вам благодарна. Спасибо большое.

В.Путин: Спасибо большое.

Вопрос: мы сейчас сколько блоков строим за границей?

А.Лихачёв: За границей мы сейчас строим (два белорусских сдали) 22 блока, и мы еще законтрактовали в Вашем присутствии Узбекистан. Так что у нас сейчас в заказах 39. 

В.Путин: 39 блоков?

А.Лихачёв: Так точно.

В.Путин: А внутри страны?

А.Лихачёв: Внутри строим: два – на Курской, два – на Ленинградской, два – на Смоленской. Шесть. 

В.Путин: Шесть.

А.Лихачёв: Еще «Прорыв» – это тоже блок, седьмой.

В.Путин: Значит, 39 – за границей, и плюс семь – внутри страны.

А.Лихачёв: Так точно.

В.Путин: Это 46 получается, да? 46 блоков.

Я к чему? Так, чтобы все коллеги тоже были в курсе происходящих событий. Из того, что мы строим, скажем, за границей, основное финансирование – это российское.

А.Лихачёв: Сейчас уже 50 на 50.

В.Путин: «Аккую» сколько российского финансирования? 70 процентов, да? 

А.Лихачёв: «Аккую» пока мы сами финансируем, турки еще не начали. 

В.Путин: Общая стоимость какая выходит?

А.Лихачёв: В нынешних ценах это будет 24–25 миллиардов.

В.Путин: 24–25 миллиардов долларов полностью за счет России. А источник? 

А.Лихачёв: Госкорпорация «Росатом» и якорное бюджетное финансирование. 

В.Путин: Якорное бюджетное финансирование на сколько процентов? 

А.Лихачёв: Пока, в нынешних затратах, процентов на 30. 

В.Путин: Нет, ну больше на самом деле. Больше-больше. 

А.Лихачёв: Нет, на 30 всего лишь. 

В.Путин: Больше. 

А.Лихачёв: Там же уменьшается. 

В.Путин: (Смех.) «Там же уменьшается». Больше! В некоторых проектах на 100 процентов. Как пример, «Аккую» в Турции – 25 миллиардов долларов, все за счет России. В основном источник, чтобы было понятно, – это из наших суверенных фондов. Этим распоряжается «Росатом». Алексей Евгеньевич молодец, он распоряжается десятками миллиардов долларов и считает, что этого не достаточно. В основном это государственное финансирование. 

Молодец в том смысле, что это действительно позволяет развивать технологии. Это правда и, наверное, уровень финансирования со стороны государства должен находиться на таком экономически целесообразном уровне, который позволяет не только исполнять имеющиеся проекты, но и иметь горизонт планирования на ближайшее время. 

Что касается термоядерной энергетики, здесь вам, конечно, нужно объединять усилия с другими российскими лидерами, в том числе с «Курчатником» объединять усилия. И тогда, мы об этом говорили вначале, я об этом сказал, – не распылять, а объединять, – и тогда то, что нужно сделать со стороны государства, может оказаться критически важным. Вы поработайте, пожалуйста, на этом направлении, а мы будем иметь в виду и обязательно поддержим. 

А.Лихачёв: Спасибо большое. 

Не буду тратить время, но мы, конечно же, уже работаем с Курчатовским институтом. Владимир Владимирович, понятно, сделаем еще больше.

В.Путин: Спасибо. 

Пожалуйста, что еще?

Алексей Евгеньевич, извините за простоту выражения, народ ошалел от этих цифр. Понимаете, все замерли, не знают, чего и спросить теперь. 

Пожалуйста.

А.Асатурова: Я хочу поблагодарить Геннадия Яковлевича за проработку этих направлений и сделать некий акцент касательно сельского хозяйства. Здесь действительно очень емко представлены все приоритетные направления для решения вопросов, связанных с продовольственной безопасностью и независимостью. 

Важный акцент, он не касается компетенций Совета по науке, тот, что нет у нас в стране закона о защите растений. Для такой страны с мощным сельскохозяйственным производством мы смотрим вперед, если мы говорим про прикладной блок исследований. Именно этот закон будет способствовать регулированию как количества средств защиты растений для новых сортов и гибридов, так и, соответственно, будет способствовать тому, чтобы закрывать отдельные направления. 

То есть сейчас у нас есть сельхозкультуры, например, на которых вообще не зарегистрированы биологические препараты. И так как они занимают небольшие площади, то разработчики-регистранты не идут на регистрацию этих продуктов на этих культурах. Мы фиксируем обращения некоторых союзов, например, Союза ягодных культур, для того чтобы эта сфера была урегулирована. 

Просто делаем такой акцент. Мы будем всячески этому способствовать и, соответственно, решать вопрос. Это действительно будет способствовать оптимальному появлению количества и качества как химических, так и биологических средств защиты растений. Спасибо большое.

В.Путин: Честно говоря, так неожиданно для меня. Но мы обязательно посмотрим, попрошу коллег.

А.Асатурова: Люди проявляют интерес, поэтому пользуюсь случаем.

В.Путин: Такой закон нужен, да? 

А.Асатурова: Конечно, он есть во всех ведущих аграрных странах мира.

В.Путин: Вы с кем-то уже разговаривали в Правительстве?

А.Асатурова: Мы обсуждали это с Министерством сельского хозяйства. Безусловно, идет некоторое планирование: кто-то согласен, кто-то говорит о том, что у нас есть закон о карантине растений и так далее.

Но, еще раз повторюсь, мы готовы проработать и обосновать, что этот закон нужен, и, самое главное, в отделении сельскохозяйственных наук Российской академии наук тоже с этим солидарны.

В.Путин: Хорошо, давайте.

Можно тогда, Геннадий Яковлевич, чтобы через вас прошло, а я соответствующее поручение Дмитрию Николаевичу Патрушеву дам, попрошу его. Хорошо?

Г.Красников: Хорошо, Владимир Владимирович, мы обязательно проработаем.

Мы разговаривали. Я знаю, что такой закон действительно нужен. Но мы внимательно еще поговорим и посмотрим.

А.Асатурова: Спасибо большое.

В.Путин: Хорошо, договорились. Есть.

Спасибо Вам за эту информацию и предложение.

В.Путин: Пожалуйста, кто еще?

Л.Гумерова: Разрешите?

В.Путин: Да, пожалуйста.

Л.Гумерова: Уважаемый Владимир Владимирович!

Пользуясь случаем, я хотела бы поблагодарить за то, что в обновленной Стратегии научно-технологического развития страны нашло поддержку предложение Совета Федерации о том, чтобы и в регионах появились свои стратегии. 

Сейчас очень важна включенность регионов в научную повестку. Владимир Владимирович, мы сейчас вместе с Правительством, с Дмитрием Николаевичем ведем такой пилотный проект. Уже 20 регионов Российской Федерации включились, они защищают свои проекты с учетом и федеральной повестки, и особенностей субъекта.

Но коль скоро мы законодатели, безусловно, мы считаем, что все приоритетные направления пронизывают в том числе и вопросы совершенствования законодательства. Геннадий Яковлевич у нас выступал в рамках правчаса. По итогам родилось очень содержательное постановление, которое касается в том числе и совершенствования определенной законодательной базы. 

Пользуясь возможностью, Владимир Владимирович. В свое время мы внесли революционные изменения в Гражданский кодекс, которые касаются коммерциализации результатов интеллектуальной деятельности и скорейшего внедрения инноваций. 

Когда Андрей Рэмович [Белоусов] проходил консультации на должность Министра обороны, он поддержал предложения. Мы сейчас вместе с предприятиями ОПК мониторим ситуацию, выделили ряд проблем, чтобы скорейшим образом эти барьеры снять. Я думаю, будет важно, Денис Валентинович и Дмитрий Николаевич, нам здесь снова объединить усилия, для того чтобы инновации как можно быстрее внедрялись в реальный сектор экономики. 

Спасибо. 

В.Путин: Это одна из наших задач. Дмитрий Анатольевич, что-нибудь здесь скажете про внедрение инноваций ускоренным способом? 

Д.Медведев: Владимир Владимирович, я немного о другом хотел сказать.

В.Путин: Скажите о другом. 

Д.Медведев: Безусловно, внедрение инноваций – наша общая задача, мы всем этим занимаемся и на уровне законодателей, исполнительной власти, Совет безопасности старается это поддерживать. Такая законодательная работа должна быть продолжена, в том числе и в части совершенствования последней части Гражданского кодекса, посвященной инновационной политике и охране промышленной и интеллектуальной собственности, то есть авторского права и изобретательского права. 

Владимир Владимирович, я хотел отметить две вещи, которые для нас являются ключевыми. Во-первых, по поводу приоритетов, критических технологий и сквозных технологий. Мы действительно долго это все обсуждали. Понятно, что совершенство не достижимо в этом смысле, но все то, что сделано – семь позиций, могут нравиться, могут не нравиться, всегда хочется, чтобы прозвучала твоя личная озабоченность или что-то конкретное. Но они все-таки, на мой взгляд, вмещают все наши проекты, которыми мы собираемся заниматься, и могут быть рекомендованы, Владимир Владимирович, к тому, чтобы Вы их поддержали с учетом обсуждения и с учетом того, что здесь прозвучало.

Не могу не упомянуть еще вот о какой теме. Здесь сегодня цитировали книжку Лагина. Не могу тоже не отметиться по этой теме, поскольку все начинается с уважения. Старик Хоттабыч для того, чтобы высказать свое уважение, обращался к Вольке не иначе, как Волька ибн Алеша, упоминая, соответственно, его отчество. Уважение к ученым – это тоже важнейшая составляющая государственной политики и того, чем мы занимаемся.

Почему я об этом говорю? Да, сейчас очень хорошая программа по кампусам, и мы ее расширяем. Но тем не менее не должна выпадать такая банальная, но важнейшая составляющая, как строительство жилья для ученых. Она у нас шла все последние годы – лет 20, наверное. Но все равно эта потребность сохраняется, и мне кажется, что мы должны дополнительно продумывать инструменты и внутри программы кампусов, потому что они действительно могут включать в себя жилые объекты, и ипотечные продукты, и другие, самые разные формы стимулирования строительства жилья для ученых. Сейчас жизнь тяжелая, сложная. Мы заинтересованы в том, чтобы наши ученые возвращались, и они готовы возвращаться, готовы работать, но без жилья, естественно, такого рода задачи не решаются. Мне кажется, что мы тоже должны обязательно это держать в поле зрения. 

Так же, как и вопросы, связанные с теми иностранными учеными, которые готовы работать – Вы об этом говорили, Владимир Владимирович, – несмотря на санкции, несмотря на сложности нашей жизни, может быть, нам нужно тоже подумать над созданием гибких механизмов взаимодействия с ними, потому что они все живые люди. Я имею в виду налоговые и прочие вопросы, касающиеся того, чтобы их труд в нашей стране был защищен. 

Я дальше эту мысль развивать не буду по вполне понятным причинам, просто чтобы не давать никому ненужных козырей. Но, мне кажется, что это для нас было бы очень и очень полезно. 

В.Путин: Согласен. Мы над этим должны продолжать работать, и обязательно будем это делать. Здесь очень важно взаимодействие с регионами. Очень важно, чтобы регионы, понимая важность этого направления деятельности, подставляли плечо и, чтобы в свои программы включали вот эту составляющую, связанную с созданием условий для должного функционирования научных и образовательных центров. 

Да, пожалуйста, Елена Владимировна.

Е.Шмелева: Спасибо большое, Владимир Владимирович.

Я хотела здесь по поводу и регионов, и вложений, и инфраструктуры. Очевидно и на примере того, что Вы передали «Сириусу» развивать, а именно олимпийское наследие, конечно, хочу сказать, что инфраструктура всегда позволяет сконцентрировать ресурсы и повысить отдачу от государственных вложений.

В данном случае я хотела бы отнестись к приоритетному направлению – укреплению социокультурной идентичности и уровня образования российского общества. Вот здесь, Владимир Владимирович, можно мягко действовать, когда есть новая инфраструктура, и она межуниверситетская. 

И вот здесь одно из предложений – обязательно надо, чтобы педагоги там были. Потому что у нас педагоги и педвузы сейчас к другому ведомству, то есть разные ведомства. Поэтому внутри этих кампусов обязательно надо предусмотреть места для проживания студентов-педагогов и там же школы, работающие по модели «Сириуса», ассоциированные с «Сириусом», лидерского уровня, ведущие школы. Тогда создается такая социокультурная среда развития. При таком уровне приоритетов мы претендуем на то, чтобы и на родителей воздействовать. Это среда, которая развивается, а вместе с ней развиваются и те, кто учится в школе, в университетах, кто там работает. Поэтому, мне кажется, Дмитрий Анатольевич, там и жилье должно строиться, то есть это комплексное развитие в регионах. 

Второе – зеркально. Я бы хотела предложить готовить кадры в странах активного присутствия и активного инвестирования российских компаний, то есть создавать сопряженные механизмы – инвестирования технологий, инвестирования инфраструктуры и экспорт российского образования. 

На сегодня мы работаем с ОАЭ (есть запросы), например, с Вьетнамом – «Вьетсовпетро» есть школы, мы помогаем. Мне кажется, что это зеркальное развитие инфраструктуры, которое точно так же будет и формировать, и удерживать кадры, работающие по нашим приоритетам и вместе с нами. 

Спасибо большое. 

В.Путин: Спасибо. 

Прошу Вас. 

А.Алексеев: Уважаемый Владимир Владимирович!

Алексеев Алексей Николаевич, АО «Научное и технологическое оборудование». Я всецело как член Совета поддерживаю разработанный перечень критических технологий. Но хочу еще раз обратить внимание на правый столбец. Это сквозные технологии, которые появились. Их не было в предыдущих инкарнациях списков критических технологий, они выделены в отдельную категорию, они крайне важны. 

Я бы хотел на примере пункта пять «Технологии отечественных средств производства и научного приборостроения» (я представляю малую технологическую компанию, которая занимается специальным технологическим оборудованием для микроэлектроники) сказать, насколько важна координация государственных мер поддержки для того, чтобы мы эффективно шли вперед. 

На примере оборудования, которое мы разрабатываем, я могу сказать, что это чрезвычайно сложное изделие, которое производится на стыке отраслей. Это и специальные конструкционные материалы, это и точная механика, это и прецизионная электроника, это и научное приборостроение, которое на самом деле очень часто интегрировано в технологическое оборудование в качестве контрольно-измерительного, выполняющего функции контроля технологического процесса.

На самом деле нет ни одной страны, которая целиком производит все компоненты этого оборудования. Но мы сейчас поставлены в такие условия, что должны двигаться в эту сторону, и, слава богу, в последнее время это движение получило системную поддержку от государства. Благодаря последовательным усилиям Минпромторга запущены проекты по разработке новых видов специального технологического оборудования. Министерством образования и науки запущена программа по научному приборостроению. РНФ в рамках направления микроэлектроники также проводит ряд проектов, связанных с оборудованием. Принято решение о направлении грантов Фонда содействия развитию малых форм предприятий также на комплектующие для специального технологического оборудования. 

В Вашем выступлении было очень важное слово – это «координация». Здесь эта координация очень важна, потому что есть очень большой соблазн при разработке сложных видов оборудования посчитать, что какие-то компоненты (благо, их нужно не так много) мы как-нибудь приобретем. Но на сегодня мы фактически отрезаны от рынка комплектующих. И не надо питать иллюзий, этот процесс будет продолжаться. Поэтому не должно быть «не очень важных» вещей на этом пути. Поэтому необходимо, по всей видимости, усилить здесь и роль экспертизы Академии наук, которая очень активно участвует в поддержке, в развитии этого направления, для того, чтобы усилить эту координацию.

И небольшой вопрос в части поддержки я бы хотел поднять. Предприятий, так уж сложилось, которые занимаются нашим направлением, не так много, и среди них нет крупных предприятий. Мы сейчас столкнулись с тем, что в текущей ситуации находимся в ситуации очень резкого роста, когда из компаний, штучно производивших сложное технологическое оборудование, мы должны очень быстро превратиться в заводы, которые должны будут производить это оборудование десятками штук в год. И здесь, конечно, любая поддержка, любые, в том числе налоговые льготы, очень важны. 

Минпромторг Российской Федерации уже достаточно давно пробивает вопрос по присоединению нашего направления к налоговому маневру 2.0. Но пока вопрос так и не решен. То есть фактически все переделы радиоэлектронной промышленности такие, как конечные изделия радиоэлектроники, электронной компоненты, технологии производства ЭКБ, специальные материалы, являются электронной промышленностью, а средства производства, которые лежат в основе, таковыми не являются. Соответственно, мы не можем претендовать на соответствующие налоговые преференции, которые сейчас были бы чрезвычайно востребованы для решения задач быстрого развития наших производств. 

Сделать это необходимо, потому что средства производства, и не только по нашему направлению, безусловно, лежат в основе технологического суверенитета государства. 

Спасибо.

В.Путин: Я с Вами согласен. 

(Обращаясь к Д.Мантурову.) Это основа основ, и поэтому нам нужно это сделать, ладно? Я Вас прошу это проработать и согласовать с Минфином, и я с ними тоже поговорю. Это самая база.

Д.Мантуров: Владимир Владимирович, если позволите. 

Мы стараемся, естественно, обеспечивать компенсацию процентных ставок по кредитам, которые привлекаются, в том числе и льготные займы. Там и фонды развития промышленности, и капитальные гранты, и так далее. Но это прямые выпадающие доходы, расширение сегмента отраслей. Как Вы и поручили, мы с Минфином это отработали.

В.Путин: Мы все время в одно и то же упираемся. Это не выпадающие доходы, их просто нет. На них рассчитывают, но если не помочь им развиться, то тогда их и не будет никогда. 

Д.Мантуров: Отработаем.

В.Путин: Мы же крутимся вокруг этого все время, постоянно. В разных сферах одно и то же. Нам надо доработать, ладно? Спасибо.

Завершаем. Я хочу вас поблагодарить. Результатом нашей сегодняшней работы будет указ, который подготовлен и он будет подписан. Указ называется «Об утверждении приоритетных направлений научно-технологического развития и перечня важнейших наукоемких технологий». Я бы все-таки попросил доработать некоторые вещи, и согласиться с Алексеем Евгеньевичем, хоть мы с ним и подискутировали, но все-таки упоминание атомной энергетики или в приоритетных направлениях, или в перечне важнейших наукоемких технологий, наверное, лишним не будет. Тем более что это «фишка», и здесь у нас есть явные конкурентные преимущества. Мы здесь во многом являемся лидерами без всякого преувеличения и натяжки. Поэтому ничего здесь такого, лишним не будет. 

Всем вам большое спасибо. Надеюсь на продолжение нашей совместной работы в будущем. 

Благодарю вас.